ФЕДЕРАЛЬНЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
кассационной инстанции по проверке законности и
обоснованности решений (определений, постановлений)
арбитражных судов, вступивших в законную силу

от 25 января 2005 года Дело N А12-13566/04-С43

(извлечение)

Глава крестьянского хозяйства Алпатов Юрий Александрович, г. Котельниково Волгоградской области, (далее - истец) обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с иском к Открытому акционерному обществу "Страховая компания "Поддержка", г. Волгоград, (далее - ответчик) о взыскании страховой суммы в размере 156170 руб.
В обоснование своих требований истец указал на то, что ответчиком не была исполнена обязанность по договору страхования урожая сельскохозяйственных культур N 4 от 29 сентября 2002 г., в соответствии с которым ответчик обязан возместить стоимость недополученного урожая вследствие повреждения застрахованных культур в результате их вымерзания.
Решением от 19 августа 2004 г., оставленным без изменения Постановлением апелляционной инстанции от 23 сентября 2004 г., в иске отказано.
Истец предлагает решение суда первой инстанции и Постановление суда апелляционной инстанции отменить и направить дело на новое рассмотрение.
Кассационная жалоба заявителя мотивирована тем, что предмет страхования определен в п. 1.1 договора страхования, поэтому суд неправильно определил нарушение истцом условий договора.
В подтверждение своевременного уведомления ответчик направил своего представителя для определения урожая сельскохозяйственных культур, то есть наличия страхового случая, что и было сделано путем составления акта контрольного обмолота.
Обязанность в соответствии с п. 3.2.2 договора о письменном уведомлении страховщика наступает у истца с наступлением неблагоприятных факторов (вымерзания, выпревания и пр.), а при наступлении страхового случая - снижения урожая от средне рассчитанного - в соответствии с п. 4 договора, что было сделано накануне уборки.
Данные о средней урожайности составлены не только расчетным путем, но и подтверждаются данными ЦСУ, представленными в суд.
Кроме того, в судебном заседании кассационной инстанции представитель истца пояснил, что сам факт заморозков и образования ледяной корки может и не быть страховым случаем при благоприятных условиях в весенне-летний период. Однако согласно справке ВЦГМС (л. д. 64 - 65) в весенний период была засуха.
Представитель ответчика не согласился с доводами истца и считает принятые судебные акты законными и обоснованными.
Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильное применение норм процессуального права, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, присутствующих в судебном заседании, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции и Постановления суда апелляционной инстанции по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела, между истцом и ответчиком был заключен договор от 29 сентября 2002 г. серии А-1604-13-13 N 4 добровольного страхования урожая сельскохозяйственных культур (л. д. 13 - 14).
Предметом данного договора, согласно п. 1.1, является страхование урожая сельскохозяйственных культур, предусмотренных п. 4 договора, на случай гибели (уничтожения) и повреждения культур в результате засухи, заморозка, вымерзания, недостатка тепла и т.д.
В пункте 4 договора указано, что объектом страхования является озимая пшеница на площади 100 га, а в соответствии с п. 9.3 договора объектом страхования является урожай 2003 г.
Согласно п/п. 2 п. 2 ст. 942 Гражданского кодекса Российской Федерации страховым случаем является событие, о характере которого и в случае наступления которого, стороны достигли соглашения.
Согласно п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации "Об организации страхового дела в Российской Федерации" от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 (с последующими изменениями) страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или Законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.
Согласно п. 3 ст. 4 Закона Российской Федерации "Об организации страхового дела в Российской Федерации" объектами имущественного страхования могут быть имущественные интересы, связанные, в частности, с осуществлением предпринимательской деятельности (страхование предпринимательских рисков).

КонсультантПлюс: примечание.
Вероятно, имелся в виду подпункт 3 пункта 2 статьи 4 Закона Российской Федерации "Об организации страхового дела в Российской Федерации".

Кроме того, в соответствии с п. 5 Правил предоставления в 2001 г. субсидий за счет средств федерального бюджета на компенсацию части затрат сельскохозяйственных товаропроизводителей на страхование урожая сельскохозяйственных культур, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 ноября 2001 г. N 758 "О государственной поддержке страхования в сфере агропромышленного производства" и продленных на период 2003 г., урожай сельскохозяйственных культур страхуется на случай гибели (уничтожения) и повреждения культур в результате засухи, заморозка, вымерзания, выпревания, недостатка тепла, излишнего увлажнения, града, ливня, наводнения, бури, урагана, безводья в источниках орошения, селя, болезней, нападения вредителей растений - по совокупности событий.
Таким образом, истец и ответчик заключили договор страхования предпринимательского риска.
В соответствии с п. 1 ст. 9 Федерального закона "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.
Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.
Учитывая изложенное и приведенные нормативные акты, в договоре страхования от 29.09.2002 серии А-1604-13-13 N 4 стороны определили объектом страхования урожай озимой пшеницы на площади 100 га 2003 г., а страховым случаем - гибель (уничтожение) и повреждение культур в результате засухи, заморозков, вымерзания, выпревания, недостатка тепла, излишнего увлажнения, града, ливня, наводнения, бури, урагана, безводья в источниках орошения, селя, болезней, нападения вредителей растений - по совокупности.
Кроме того, в соответствии с п. 1 ст. 961 Гражданского кодекса Российской Федерации страхователь по договору имущественного страхования после того, как ему стало известно о наступлении страхового случая, обязан незамедлительно уведомить о его наступлении страховщика или его представителя. Если договором предусмотрен срок и (или) способ уведомления, оно должно быть сделано в условленный срок и указанным в договоре способом.
В пункте 2.1 договора истец и ответчик определили, что страхование осуществляется на основании вышеуказанного договора, составленного в соответствии с Правилами страхования урожая сельскохозяйственных культур от 12.09.2000, в которых содержатся также и сроки действия договора, и с которыми истец ознакомлен (п. 11).
Условиями п. 3.2.2 договора и п. 5.2 Правил страхования определено, что при наступлении страхового случая страхователь обязан в течение трех суток письменно сообщить об этом страховщику.
Правило п. 2 ст. 961 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает основание для отказа в выплате страхового возмещения, если страхователем не исполнены обязанности о письменном извещении о наступлении страхового случая на основании п. 2 ст. 961 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с п. 6.2 Правил страхования (л. д. 58) акт о страховом случае составляется в течение 15 дней со дня наступления обычных сроков уборки культуры при полной гибели на всей площади посева, а при повреждении культур - после оприходования всего полученного урожая.
Согласно ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательств, требованиями закона и иных нормативных актов.
В материалах дела отсутствует доказательство сообщения в установленном порядке о страховом случае - повреждении культур в результате засухи, заморозков и вымерзания. Причем обязанность ответчика выплачивать страховое возмещение непосредственно связана с наступлением страхового случая.
Судом обоснованно не принят в качестве доказательства уведомления ответчика акт от 21 июля 2003 г. (л. д. 12), поскольку акт контрольного обмолота посевов озимой пшеницы не сообщает ответчику о наступлении страхового случая.
Кроме того, из пояснений истца следует, что сами по себе заморозки не могут являться страховым случаем. Данное утверждение истца обоснованно и соответствует п. 6.2 Правил страхования, поскольку страховым случаем по данному делу может являться совокупность событий, которые обладали бы признаками вероятности и случайности его наступления.
Акт контрольного обмолота содержит сведения о количестве собранного урожая только с части площади посева, а данные о средней урожайности составлены расчетным путем, что не могло быть принято как достоверные доказательства, указывающие на наличие ущерба и его размере.
Судом первой и апелляционной инстанции сделан обоснованный вывод о недоказанности факта наступления причин, от последствий которых заключались договоры страхования.
При таких обстоятельствах дела кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.
При подаче кассационной жалобы истцу была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе, которая подлежит взысканию согласно ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Суд кассационной инстанции, учитывая имущественное положение заявителя кассационной жалобы - истца по делу, в соответствии с ч. 2 ст. 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации, уменьшает государственную пошлину по кассационной жалобе до 100 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 110, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 19 августа 2004 г. и Постановление апелляционной инстанции от 23 сентября 2004 г. Арбитражного суда Волгоградской области по делу N А12-13566/04-С43 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.
Взыскать в доход федерального бюджета с Главы крестьянского хозяйства Алпатова Юрия Александровича, г. Котельниково Волгоградской области, государственную пошлину по кассационной жалобе в сумме 100 руб.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

ВЫСШИЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 18 июля 2007 г. N 8494/07

ОБ ОТКАЗЕ В ПЕРЕДАЧЕ ДЕЛА В ПРЕЗИДИУМ
ВЫСШЕГО АРБИТРАЖНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в составе председательствующего судьи Балахничевой Р.Г., судей Бондаренко С.П., Прониной М.В. рассмотрел в судебном заседании заявление открытого акционерного общества "АльфаСтрахование" о пересмотре в порядке надзора решения суда первой инстанции от 22.09.2006, постановления суда апелляционной инстанции от 18.12.2006 Арбитражного суда Приморского края по делу N А51-4257/2006 17-61 и постановления Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 03.04.2007 по тому же делу по иску компании "Азия Шиппинг Холдингз Лимитед" (ул. Посьетская, д. 29, г. Владивосток, 690091) к открытому акционерному обществу "АльфаСтрахование" (ул. Шаболовка, д. 31, стр. Б, г. Москва, 115162) о взыскании 43310309 рублей, составляющих сумму страхового возмещения, подлежащего выплате на основании договора страхования от 27.01.2005 N 3900/048/0001/05 (с учетом уменьшения размера исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

установил:

решением суда первой инстанции от 22.09.2006, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 18.12.2006 и постановлением Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 03.04.2007, исковые требования удовлетворены.
Суды установили, что между сторонами был заключен договор страхования от 27.01.2005 N 3900/048/0001/05 от 27.01.2005, согласно которому компания "Азия Шиппинг Холдингз Лимитед" застраховала в открытом акционерном обществе "АльфаСтрахование" судно - теплоход "Профессор Барабанов" на период с 28.01.2005 по 27.01.2006.
Страхование осуществлялось на основании Правил страхования средств водного транспорта ОАО "АльфаСтрахование" от 14.08.2002.
В связи с разрушением главного двигателя N 2 на судне 15.02.2005 Компания "Азия Шиппинг Холдингз Лимитед" сообщила письмом от 16.02.2005 N 54 ОАО "АльфаСтрахование" о наступлении страхового случая.
Отказ открытого акционерного общества "АльфаСтрахование" произвести выплату страхового возмещения послужил основанием для заявленного требования.
Судебные акты мотивированы доказанностью факта наступления страхового случая и размера подлежащего взысканию возмещения.
В заявлении о пересмотре обжалуемых судебных актов в порядке надзора заявитель - открытое акционерное общество "АльфаСтрахование" просит их отменить, ссылаясь на то, что выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела, не дана надлежащая оценка доказательствам, а также на нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права.
Рассмотрев материалы надзорного производства и доводы заявителя, суд пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для передачи дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.
В соответствии со статьей 246 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации по договору морского страхования страховщик обязуется за обусловленную плату (страховую премию) при наступлении предусмотренных договором морского страхования опасностей или случайностей, которым подвергается объект страхования (страхового случая), возместить страхователю или иному лицу, пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), понесенные убытки.
Основания для освобождения страховщика от ответственности при страховании судна установлены статьями 265 и 266 Кодекса.
Удовлетворяя исковые требования, суды исходили из того, что произошедшее на судне аварийное происшествие является страховым случаем, наступление которого влечет обязанность у ответчика по выплате страхового возмещения, предусмотренного договором страхования.
Обстоятельства, касающиеся приостановления и утраты силы классификационного свидетельства, грубой неосторожности страхователя, выпустившего судно в рейс в немореходном состоянии, а также несообщения им обстоятельств, имеющих значение для определения степени риска, на которые ссылался ответчик в качестве оснований для освобождения его от обязанности по выплате страхового возмещения, были предметом рассмотрения судебных инстанций и отклонены как не подтвержденные материалами дела. Суды пришли к выводу, что судно как на момент заключения и в период действия договора имело квалификационный класс и находилось в мореходном состоянии, грубая неосторожность страхователя в причинении убытков не доказана.
В соответствии с пунктом 1 статьи 250 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации при заключении договора морского страхования страхователь обязан сообщить страховщику сведения об обстоятельствах, которые имеют существенное значение для определения степени риска и которые известны или должны быть известны страхователю.
Пунктом 2 установлено, что при несообщении страхователем сведений об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения степени риска, или при сообщении им недостоверных сведений страховщик вправе отказаться от исполнения договора морского страхования.
Из смысла указанной статьи следует, что правовые последствия для страхового обязательства имеют не любые изменения, а лишь носящие существенный характер и увеличивающие степень риска для предмета страхования.
Таких обстоятельств и иных оснований для освобождения страховщика от обязанности по выплате страхового возмещения судами не установлено.
Содержащиеся в поданном в Высший Арбитражный Суд Российской Федерации заявлении доводы по существу направлены на иную оценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, которые были предметом рассмотрения судебных инстанций и которым дана соответствующая оценка, оснований для изменения которой у надзорной инстанции не имеется.
Нарушения единообразия в толковании и применении судами норм права не допущено.
Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 299, 301, 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия

определила:

в передаче в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации дела N А51-4257/2006-17-61 Арбитражного суда Приморского края для пересмотра в порядке надзора решения от 22.09.2006, постановления суда апелляционной инстанции от 18.12.2006 и постановления Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 03.04.2007 по тому же делу отказать.

Председательствующий судья
Р.Г.БАЛАХНИЧЕВА

Судья
С.П.БОНДАРЕНКО

Судья
М.В.ПРОНИНА

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 19 марта 2007 г. по делу N А56-19805/2006

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2007 года
Постановление изготовлено в полном объеме 19 марта 2007 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего М.А.Шестаковой
судей Т.С.Гафиатуллиной, И.Б.Лопато
при ведении протокола судебного заседания: В.И.Агеевой
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-1075/2007, 1077/2007) МИ ФНС РФ по крупнейшим налогоплательщикам по Санкт-Петербургу, ОАО "Вена" на решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.11.2006 по делу N А56-19805/2006 (судья Звонарева Ю.Н.), принятое
по заявлению ОАО "Вена"
к Межрайонной инспекции ФНС по крупнейшим налогоплательщикам по Санкт-Петербургу
о признании недействительным частично ненормативного акта
при участии:
от заявителя: И.Б.Никифорова по дов. от 29.12.06 N 94,
от ответчика: А.В.Берлин по дов. от 09.01.07 N 03-09/Д12,

установил:

в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратилось (с учетом уточнения требований) ОАО "Вена" (далее - общество, налогоплательщик) с заявлением о признании частично недействительным решения Межрайонной ИФНС РФ по крупнейшим налогоплательщикам по Санкт-Петербургу (далее - инспекция) N 15-31/167 от 02.05.06.
Решением от 27.11.06 по делу N А56-19805/05 Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области признал недействительным оспариваемое решение Межрайонной ИФНС по крупнейшим налогоплательщикам по Санкт-Петербургу в части:
- начисления налога на прибыль, пени и штрафа по эпизоду включения в расходы, уменьшающие налоговую базу, расходов на страхование ответственности за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц и окружающей природной среде, в случае аварии на опасном производственном объекте;
- начисления пени по задолженности по подразделениям: по Екатеринбургу - 8725 руб., по Челябинску - 1516 руб.; по Новосибирску - 149 руб.;
- привлечения к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного п. 1 ст. 122 НК РФ: по Екатеринбургу - 10127 руб.; по Челябинску - 1958 руб.; по Новосибирску - 193 руб.
Инспекция не согласилась с решением суда первой инстанции в той части, в которой требования общества были удовлетворены, и направила апелляционную жалобу, указав о нарушении судом норм материального права в результате неправильного толкования закона.
Общество также направило апелляционную жалобу, указав о частичном несогласии с решением суда ввиду несоответствия выводов суда установленным по делу обстоятельствам и о неправильном применении и толковании материального права.
Выслушав в судебном заседании пояснения представителей участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции полагает, что решение судом в оспариваемой сторонами части вынесено на основании полного и всестороннего исследования доказательств по делу, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам, нормы материального и процессуального права применены судом правильно.
Из материалов дела видно, что Межрайонной ИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Санкт-Петербургу была проведена выездная налоговая проверка ОАО "Вена" за 2003, 2004 годы, по итогам которой вынесено решение о привлечении ОАО "Вена" к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения от 02.05.2006 N 15-31/167.
МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Санкт-Петербургу в обоснование решения о привлечении заявителя к ответственности были положены установленные в ходе проверки, выявленные, по мнению инспекции, нарушения обществом при исчислении налога на прибыль положений ст. 263 НК РФ:
- организацией неправомерно отнесены на расходы в целях налогообложения прибыли страховые премии по добровольному страхованию за 2003 г. убытков от перерыва в производстве по договору добровольного страхования с закрытым акционерным страховым обществом "Русь" N 1857 от 31 декабря 2002 г. в сумме 505344,36 руб.;
- страхование убытков от перерыва в производстве по договору добровольного страхования с ЗАО "AIG Россия";
- гражданской ответственности организации, эксплуатирующей опасные производственные объекты, за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу третьих лиц и окружающей природной среде в результате аварии на опасном производственном объекте по договору добровольного страхования с ЗАСО "Русь" N 2243 от 31 декабря 2003 г. в сумме 14400 руб.;
- имущественных интересов по договорам добровольного страхования с ОАО "СК "Прогресс-Гарант", полис N 0400-ИК01/008818, в сумме 43571,61 руб. и с ЗАО "AIG Россия", страховые полисы N 0331001257 и N 0331001233, в сумме 295917,86 руб.
Инспекция пришла к выводу о том, что перечень расходов на добровольное страхование, предусмотренный статьей 263 НК РФ, является закрытым и не включает в себя указанные выше расходы по страхованию убытков от перерывов в производстве, аварий на опасном производственном объекте и имущественных интересов, вследствие чего в нарушение ст. 247, п. 1 ст. 252, ст. 263 и ст. 274 НК РФ налогооблагаемая база по налогу на прибыль занижена была обществом на 1358166 руб., что привело к неуплате налога на прибыль в сумме 212312 руб.
Суд частично согласился с мнением налогового органа.
Решение суда оценивается в апелляционном порядке в обжалуемой сторонами части.
По эпизоду включения в затраты по налогу на прибыль расходов по страхованию ответственности за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу третьих лиц и окружающей природной среде в результате аварии на опасном производственном объекте в решении от 27.11.2006 Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области указал, что доводы инспекции о том, что данный вид страхования не включен в перечень, предусмотренный ст. 263 НК РФ, являются ошибочными.
Суд указал, что согласно ст. 252, 253, 263 НК РФ расходы на обязательное страхование учитываются при налогообложении прибыли в составе прочих расходов в пределах утвержденных страховых тарифов. Если тарифы не утверждены, расходы принимаются к учету по фактическим расходам. В данном случае такое страхование определено ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов", т.е. является обязательным, но тарифы не определены, в связи с чем расходы должны быть приняты к учету в соответствии с произведенными затратами.
МИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Санкт-Петербургу считает, что суд дал неполную оценку обстоятельствам дела по указанному выше эпизоду в связи со следующим.
Согласно п. 4 ст. 3 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" условия и порядок осуществления обязательного страхования определяются федеральными законами о конкретных видах обязательного страхования. В соответствии со ст. 3 того же Закона обязательным является страхование, осуществляемое в силу закона.
В ст. 3 также прописаны общие требования к актам, вводящим обязательные виды страхования. При этом закон требует, чтобы обязательно прописывались положения, определяющие субъекты и объекты страхования, перечень страховых случаев, порядок уплаты страховых взносов, порядок определения страхового тарифа, срок действия договора страхования и т.д.

КонсультантПлюс: примечание.
В тексте документа, видимо, допущена опечатка: Федеральный закон N 116-ФЗ принят 21.07.1997, а не 27.07.1997.

Ст. 15 ФЗ от 27.07.1997 N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" содержит лишь часть из обязательных элементов, прописанных в Законе "Об организации страхового дела в Российской Федерации", поскольку не указаны такие элементы, как перечень страховых случаев, размер, структура, порядок определения страхового тарифа, срок и порядок уплаты страховых взносов, срок действия договора.
Поскольку Закон "Об организации страхового дела в Российской Федерации" является специальным актом, отдельно регулирующим вопросы страхования, нормы указанного Закона должны применяться при определении соответствия конкретного нормативного документа актам об обязательном страховании.
ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" не может быть признан федеральным законом о конкретном виде обязательного страхования, т.к. не соответствует вышеуказанным требованиям.
Суд апелляционной инстанции полагает выводы суда по указанному эпизоду обоснованными и правомерными, исходя из следующего.
В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью признаются для российских организаций полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.
Статья 253 НК РФ к расходам, связанным с производством и реализацией, относит и расходы на обязательное и добровольное страхование.
Расходы по обязательным видам страхования, установленные законодательством Российской Федерации, включаются в состав прочих расходов в пределах страховых тарифов, утвержденных в соответствии с законодательством Российской Федерации и требованиями международных конвенций. В случае если данные тарифы не утверждены, расходы по обязательному страхованию включаются в состав прочих расходов в размере фактических затрат.
В соответствии со статьей 15 ФЗ от 21.07.97 N 116-ФЗ "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана страховать ответственность за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц и окружающей природной среде в случае аварии на опасном производственном объекте.
Таким образом, страхование указанной ответственности для общества являлось обязательным в силу закона.
Доводы инспекции о том, что в законе не определены некоторые основные элементы обязательного страхования, не могут освободить общество от обязанности страхования соответствующей ответственности, поскольку она установлена законом.
Отсутствие некоторых необходимых элементов страхования этого вида могут быть восполнены условиями заключенных договоров, что в данном случае имеет место.
Исходя из изложенного, общество правомерно отнесло на расходы затраты по уплате страховых взносов по договору страхования ответственности за причинение вреда при эксплуатации опасного объекта.
По эпизоду отнесения расходов за 2004 г. по страхованию убытков от перерывов в производстве по договору добровольного страхования с ЗАО СО "Русь" от 31.12.02 N 1857 и с ЗАО "AIG Россия" - страховой полис N 0636001314 в сумме 498932,14 руб. суд первой инстанции указал, что указанные выше договор и полис представляют разный вид страхования. Договор от 31.12.02 (л.д. 42 т. 1) представляет собой договор смешанного страхования имущества и иных рисков. Страхование по полису представляет собой страхование имущества. Таким образом, в данном случае можно разграничить страхование имущества и страхование убытков, в том числе можно разграничить страховые суммы и страховые премии. В соответствии со ст. 263 НК РФ в затратную часть по налогу на прибыль могут быть включены только расходы по страхованию имущества, установленные в данной статье.
По данному эпизоду апелляционную жалобу направило общество, в которой указало следующее.
Гражданский кодекс РФ и Закон "Об организации страхового дела в РФ" выделяют различные виды страхования, в том числе личное страхование и имущественное страхование (страхование имущества, страхование ответственности, страхование предпринимательских рисков). Принадлежность к тому или иному виду страхования определяется застрахованным риском.
Согласно пп. 1 п. 2 ст. 929 и ст. 930 ГК РФ по договору страхования имущества могут быть застрахованы риски утраты (гибели), недостачи или повреждения имущества. В соответствии с пп. 1 п. 2 ст. 4 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в РФ" объектом договора страхования имущества являются имущественные интересы, связанные с владением, пользованием и распоряжением имуществом.
Предметом рассматриваемых договоров являются имущество и интересы страхователя, связанные с владением, пользованием, распоряжением имуществом. Объектом страхования является имущество - здания, сооружения, оборудование, товарные запасы и т.д. На основании п. 2.1 Договора N 1857 застрахованы следующие риски: ущерб имуществу вследствие его уничтожения, повреждения или утраты; гражданская ответственность перед третьими лицами; гражданская ответственность изготовителей и продавцов товара, исполнителей работ (услуг).
На основании полиса N 0636001314 и приложения N 6 к полису застрахован риск - ущерб от утраты, уничтожения или повреждения имущества.
Таким образом, договор N 1857 является договором комбинированного страхования имущества и страхования гражданской ответственности.
Полис N 0636001314 является договором страхования имущества.
Таким образом, возникновение убытков от перерыва в производстве не является застрахованным риском по рассматриваемым договорам.
Наступление перерыва в производстве является дополнительным условием, необходимым для возмещения потерь в размере большем, чем сумма восстановления имущества. Уплата дополнительной суммы страховой премии лишь увеличивает размер страховой суммы по застрахованным рискам.
Возникновение убытков от перерывов в производстве не является самостоятельным видом страхования - "страхованием финансовых рисков" или "страхованием предпринимательских рисков" в соответствии со ст. 929 ГК РФ.
Выслушав в судебном заседании пояснения по данному эпизоду представителей участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит достаточных оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.
Как уже указано, статья 253 НК РФ к расходам, связанным с производством и реализацией, относит расходы на обязательное и добровольное страхование.
Расходы по обязательным видам страхования, установленные законодательством РФ, включаются в состав прочих расходов в пределах страховых тарифов, утвержденных законодательством РФ и требованиями международных конвенций.
Согласно ст. 263 НК РФ определено, что расходы на обязательное страхование и добровольное страхование имущества включают страховые взносы по всем видам обязательного страхования, а также по перечисленным в ней видам страхования имущества.
В том числе с отнесением расходов в затратную часть по прибыли могут быть застрахованы в рамках договоров добровольного страхования основные средства, нематериальные активы; объекты незавершенного строительства; товарно-материальные запасы; иное имущество, используемое налогоплательщиком для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.
Из материалов дела: договора от 31.12.02 N 1857 п. 2.2, 2, 4, условий страхования по полису N 0636001314, определенных в приложениях к полису и Правилах страхования ЗАО СК "AIG Россия", которые фактически согласно ст. 943 ГК РФ определяют условия договора страхования, видно, что действительно эти договоры определяют условия страхования различных рисков.
В соответствии с условиями страхования по полису застрахованы утрата, порча, уничтожение и т.п. имущества, т.е. имеет место договор страхования имущества, а именно основных средств и т.д.
По договору N 1857 застрахованы, как полагает суд апелляционной инстанции, различные риски и имущество.
Так, из договора видно, что кроме условий выплаты страховых сумм при возникновении страхового случая: пожара, удара молнии, взрыва и т. д., в случае уничтожения, повреждения, утраты имущества, страховщик выплачивает страхователю также и страховое возмещение, покрывающее и расходы на восстановление имущества, и убытки от перерыва в производстве, вызванного указанным уничтожением имущества.
Размеры страховых премий определены отдельно по каждому риску.
Доводы общества о том, что в данном случае это представляет собой не отдельный вид страхования, а дополнительное условие, необходимое для возмещения потерь от утраты имущества, в большем, чем сумма восстановления имущества, размере, не могут быть приняты во внимание в силу следующего.
Согласно ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права; работы и услуги; информация; результаты интеллектуальной деятельности; нематериальные блага.
Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения ему убытков.
Убытки возникают в связи с нарушением обязательств или из причинения вреда. Возмещение убытков - имущественное право лица в гражданском обороте.
Таким образом, гражданское законодательство разграничивает такой объект гражданского права, как имущество, в смысле вещного объекта и такой объект, как имущественные права.
Согласно ст. 929 и 930 ГК РФ определены условия и виды страхования имущества как вещного объекта и имущественного страхования как страхование имущественных прав.
В этой связи доводы общества о том, что договор N 1875 представляет собой смешанный договор страхования имущества и имущественного страхования, правомерны, однако не влияют на законность решения инспекции в этой части по данному договору, поскольку именно ст. 263 НК РФ ограничивает виды страхования имущества, и имущественного страхования, расходы по которым уменьшают базу по налогу на прибыль.
Страхование возникновения убытков от перерывов в производстве, какими бы причинами не были вызваны эти перерывы, никак не может быть отнесено к страхованию имущества как вещного объекта, а относится к страхованию имущественных прав, т.е. является договором имущественного страхования.
В ст. 263 НК РФ определены виды договоров страхования имущества: основных средств, товарных запасов и др. и 2 вида договоров имущественного страхования, расходы по которым уменьшают базу по налогу на прибыль: риски, связанные с выполнением строительно-монтажных работ, и ответственность за причинение вреда, если это обусловлено условиями международных обязательств или международных требований.
В остальных случаях имущественного страхования эти расходы не относятся к затратной части.
В этой связи доводы общества по указанному выше эпизоду по договору N 1857 неправомерны и жалоба общества подлежит отклонению.
По эпизоду страхования риска причинения вреда третьим лицам в связи с осуществлением деятельности по производству и продаже пива, слабоалкогольных безалкогольных напитков по договору добровольного страхования с ЗАСО "Русь" N 2243 от 31 декабря 2003 г. в сумме 14400 руб. суд указал также о нарушении обществом положений ст. 263 НК РФ.
В апелляционной жалобе общества по данному эпизоду указано, что включение в расходы, уменьшающие налоговую базу по налогу на прибыль расходов на страхование риска причинения вреда третьим лицам в связи с осуществлением деятельности по производству и продаже пива, слабоалкогольных безалкогольных напитков было осуществлено в соответствии с пп. 8 п. 1 ст. 263 НК РФ.
Так, в добровольное страхование имущества включается добровольное страхование ответственности за причинение вреда, если такое страхование является условием осуществления налогоплательщиком деятельности в соответствии с международными обязательствами РФ или общепринятыми международными требованиями.
Общество является экспортером производимой продукции, в том числе в страны Европейского внешнеэкономического союза (ЕС). Специальной директивой ЕС от 01.07.1994 установлено обязательное условие допуска производителей - не членов ЕС на рынок Евросоюза - наличие полиса ответственности перед третьими лицами за качество производимой продукции.
Для выполнения данного условия общество вынуждено застраховать свою деятельность по производству и продаже пива, слабоалкогольных напитков и безалкогольных напитков от риска причинения вреда третьим лицам.
Суд первой инстанции правомерно указал, что документально обществом не доказано наличие этого обстоятельства, не представлена не сама директива ЕС ни в ходе налоговой проверки, ни в ходе судебного разбирательства. Не предоставлен этот документ и в суд апелляционной инстанции. При этом данный документ не является общедоступным с точки зрения оценки его как документа об общепринятых правах и обязанностях и не относится к категории международных договоров.
По данному эпизоду доводы общества не подлежат удовлетворению.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.11.2006 по делу N А56-19805/2006 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий
ШЕСТАКОВА М.А.

Судьи
ГАФИАТУЛЛИНА Т.С.
ЛОПАТО И.Б.

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
по проверке законности и обоснованности решений
арбитражных судов, не вступивших в законную силу

от 22 февраля 2005 года Дело N А56-23778/2004

Дата изготовления мотивированного постановления 22 февраля 2005 года.
Дата оглашения резолютивной части 15 февраля 2005 года.
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Желтянникова В.И., судей Копыловой Л.С., Горшелева В.В., при ведении протокола судебного заседания Копыловой Л.С., при участии: от истца - представителя Лебедевой М.Е. (дов. от 27.07.2004), представителя Лисаченко В.В. (дов. от 26.05.2004), адвоката Федоровой И.Л. (дов. от 06.04.2004), от ответчиков - 1. адвоката Космачевского А.А. (дов. от 05.08.2004), 2. адвоката Байбака В.В. (дов. N 47805-14/04 от 21.12.2004), рассмотрев апелляционную жалобу ООО "Нева-Хаген" на решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.10.2004 по делу N А56-23778/2004 (судья Е.В.Жиляева), принятое по иску ООО "Нева-Хаген" к 1. ООО "Юридическая фирма "Ремеди", 2. ОСАО "Ингосстрах", о взыскании 11643360 руб. 00 коп.,

УСТАНОВИЛ:

решением арбитражного суда от 28.10.2004 отказано во взыскании 11643360 руб. 00 коп. страхового возмещения в пользу страхователя в связи с допущенной им грубой неосторожностью, связанной с эксплуатацией судна, не имеющего класса и находившегося в немореходном состоянии, что привело к гибели объекта страхования.
Истцом подана и в судебном заседании поддержана апелляционная жалоба со ссылками на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам и доказательствам, объективно подтверждающим действующий класс судна, переоборудование и ремонт которого не привели к изменению страхового риска, в связи с чем при наступлении страхового случая у страховщика не было законных оснований отказаться от исполнения обязательств, и суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права.
Ответчик ООО "Юридическая фирма "Ремеди" (далее - Юрфирма) пояснил об отсутствии правоотношений по страхованию с истцом, в связи с чем и исходя из оснований иска требования не могли быть удовлетворены за его счет, так как перемены лиц на стороне страховщика не было.
Ответчик ОСАО "Ингосстрах" (далее - Ингосстрах) возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, указав на неверные сведения о судне, сообщенные страхователем, поскольку оно не имело действующего класса, немореходность судна, установленную сюрвейером - ЗАО, а впоследствии ООО "Маринекс - АйТиЭс", приведшую к аварии, которая в силу грубой неосторожности страхователя не создает оснований для выплаты страхового возмещения, поскольку страхователь скрыл от страховщика существенные обстоятельства - переоборудование судна, влияющее на степень страхового риска. Кроме того, ответчик заявил возражения по размеру взыскиваемой суммы, поскольку судовладелец не отказался от права собственности на погибшее судно, требуя возмещения в объеме полной страховой суммы.
Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.
Выслушав представителей сторон, оценив собранные по делу доказательства в совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд апелляционной инстанции находит выводы, изложенные в решении, не соответствующими обстоятельствам дела, что привело к неправильному применению норм материального права и необоснованному отказу в восстановлении нарушенных прав страхователя за счет страховщика.
Вместе с тем, исходя из предмета и основания иска и в соответствии со статьями 8, 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, требования ООО "Нева-Хаген" не подлежат удовлетворению за счет юрфирмы "Ремеди", у которой отсутствуют обязательственные правоотношения по страхованию с истцом, и перемена лиц в обязательстве на стороне страховщика не производилась.
Как следует из материалов дела, 17.04.2003 между ООО "Нева-Хаген" (страхователь) и ОСАО "Ингосстрах" (страховщик) был заключен договор страхования судов СТ-1351 и СТ-1352, оформленный полисом N 005371, с лимитом страховой суммы 400000 долларов США по каждому судну и действием по 16.04.2004.
Неотъемлемым приложением, содержащим условия страхования, являются Правила страхования судов Ингосстраха от 09.12.1994 (далее - Правила страхования).
Имея необходимые и достаточные документы, подтверждающие мореходное состояние, застрахованное судно СТ-1351 03.08.2003 вышло в рейс из порта Нижняя Мондома с грузом 1470 МТ осинового баланса, следуя в Санкт-Петербург.
09.08.2003 в условиях штормовой погоды, находясь с бухте Петрокрепость Ладожского озера в точке с координатами Д-31 15,9 ИИ 60 09,8, в 08-15, теплоход "СТ-1351" затонул.
О наступлении страхового случая страховщик был уведомлен своевременно.
27.08.2003 Ладожским линейным отделом Государственной речной судоходной инспекции по Северо-Западному бассейну (далее - линейный отдел ГРСИ по СЗБ) была установлена причина аварии, связанная с негерметичностью закрытия балластных танков на переходе через Ладожское озеро в штормовых условиях и невыполнением капитаном судна должностных обязанностей, предусмотренных нормативно-распорядительными документами.
После завершения в ноябре 2003 г. аварийно-подъемных работ судовладельцем произведена оценка стоимости восстановительного ремонта затонувшего сухогруза, которая вследствие превышения лимита страховой ответственности (599503 условные единицы) позволила квалифицировать страховой случай как полную конструктивную гибель судна.
Заявление страхователя от 26.01.2004 о выплате страхового возмещения, основанное на нормах статьи 278 Кодекса торгового мореплавания РФ (далее - КТМ РФ) и з 29 п. 3 Правил страхования оставлено без удовлетворения, что послужило причиной обращения ООО "Нева-Хаген" в арбитражный суд.
Исследовав доводы сторон договора страхования, арбитражный суд апелляционной инстанции считает уклонение (поскольку мотивированный отказ не оформлялся) страховщика от выплаты страхового возмещения не соответствующим законодательству и условиям соглашения сторон.
Как следует из сюрвейерских отчетов, судно СТ-1351 построено в 1984 г. по классу О-ПР, в связи с чем его дооборудование до класса М-пр2,0(лед 20)А является плановым, ведущим к улучшению его технических характеристик.
Страховщик не представил допустимых доказательств ухудшения застрахованного имущества в результате ремонтных работ, производившихся специализированным предприятием Невским судостроительным заводом под контролем уполномоченных органов с конца июня до середины июля 2003 г., и влияния указанного обстоятельства на степень страхового риска.
В период согласования условий договора страховщик не воспользовался правом, предусмотренным абзацем 3 п. в з 8 Правил страхования, и не выполнил обязанность, установленную распоряжением N 20-12/02 от 20.12.2002 по Ингосстраху об осмотре принимаемого на страхование судна.
В заявлении, оформленном в форме факсимильного сообщения на бланке Ингосстраха, пункт 17 - "обстоятельства, имеющие существенное значение для суждения о степени риска" - не заполнен. Дополнительно запросов страховщик не направлял.
С учетом части 4 статьи 250 КТМ РФ и разъяснения Президиума ВАС РФ в пункте 14 Информационного письма от 28.11.2003 N 75, исходя из содержания части 1 статьи 271 КТМ РФ, сам по себе факт дооборудования судна не позволяет утверждать об изменении или увеличении страхового риска.
В соответствии с частью 2 статьи 271 КТМ РФ законодателем регламентировано поведение страхователя при возникновении обстоятельств, увеличивающих риск, наличие которых в данном случае не доказано.
В соответствии с абзацем 2 з 14 Правил страхования страховщик не изменял условия страхования и не потребовал уплаты дополнительной премии. С момента получения установленной полисом страховой премии и до настоящего страхового случая страховщик не интересовался объектом страхования.
При таких обстоятельствах у Ингосстраха отсутствовали фактические основания для применения з 33-б Правил страхования.
Судно СТ-1351 было приобретено ООО "Нева-Хаген" в марте 2003 г. и принято по акту от 18.04.2003. Сведения, указанные в полисе N 005371 от 17.04.2003, носят общий характер. Факт их недостоверности (ложного характера), а также данных в заявлении, переданном 16.04.2003 по факсу, ответчиком по делу в соответствии с частью 1 статьи 65 и статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказан.
Как разъяснил Президиум ВАС РФ в пунктах 13 и 14 Информационного письма от 28.11.2003 N 75, случаи разногласий сторон страхования в части оценки достоверности заявленных страхователем сведений подлежат рассмотрению в общем порядке признания сделки недействительной. Рассматриваемый договор недействительным не признан.
Поскольку в стандартном бланке полиса страховщик не отнес указание класса судна к существенным обстоятельствам, в заявлении, переданном по факсу, страхователь указал на относимость судна СТ-1351 к классу М-пр 2,0(лед 20)А, последнее рассматривается как гарантия судовладельца определенных технических характеристик объекта страхования, что не противоречит Оговорке 4 Оговорок Института по страхованию корпуса судна на время от 01.11.1995, нормы которой обязательными по рассматриваемому договору страхования не являются, так как страхователю не переданы (в редакции разъяснений Президиума ВАС РФ в пункте 17 Информационного Письма от 28.11.2003 N 75).
Как следует из классификационного свидетельства от 29.07.2003, выданного Российским Речным Регистром, судно СТ-1351 имеет класс М-пр2,0(лед 20)А. Согласно актам первоначального освидетельствования от 16 и 29 июля 2003 г. и документам о техническом состоянии судна сухогрузный теплоход СТ-1351 был построен по классу О-пр, который отражен в акте внеочередного освидетельствования от 07.11.2002 как О-пр 2,0(лед) и подтвержден 15.05.2003.
Таким образом, на момент заключения договора страхования судно имело класс О-пр 2,0(лед 20) по факту постройки в 1984 г., а на момент выхода судна в рейс 02.08.2003 - подтвержденный в порядке статьи 24 КТМ РФ класс М-пр 2,0(лед 20)А. Данные обстоятельства не были оценены судом первой инстанции в совокупности с доводами Ингосстраха, что привело к необоснованному неприменению части 3 статьи 250 КТМ РФ о том, что в случае отпадения обстоятельств, имеющих существенное значение для определения степени риска и не сообщенных страхователем, страховщик не вправе отказаться от исполнения договора морского страхования.
Таким образом, положение з 33-а Правил страхования применяться не может, как ограничивающее право страхователя на получение страхового возмещения при ином нормативно-правовом регулировании.
Положениями Арбитражного процессуального кодекса РФ предусмотрен принцип допустимости доказательств, который нарушен судом первой инстанции при оценке представленных письменных документов.
Публичный характер отношений по водопользованию и торговому мореплаванию определяет порядок расследования аварий уполномоченными государственными органами.
Согласно заключению Ладожского линейного отдела ГРСИ по СЗБ от 27.08.2003 в редакции разъяснения N СН-8/15 от 08.12.2003 авария, произошедшая с судном СТ-1351, отнесена к навигационным и была вызвана негерметичным закрытием балластных танков экипажем и невыполнением капитаном судна положений, предусмотренных нормативно-распорядительными актами, по обеспечению безопасности перехода через Ладожское озеро.
Сведений об оспаривании ненормативных актов ГРСИ по СЗБ, вынесенных по факту затопления судна СТ-1351 09.08.2003, не представлено.
Выводы линейного отдела были приняты во внимание и подтверждены сюрвейерским отчетом, исполненным ООО "Сюрвейерская Компания САПСКО" в период с 22.11.2003 по 30.12.2003.
Выводы сюрвейеров, привлеченных страховщиком - ЗАО и ООО "Маринекс - АйТиЭс", оформивших свое суждение в отчете от 02.08.2004 в редакции от 11.10.2004, противоречат иным доказательствам по делу и отклоняются арбитражным судом апелляционной инстанции.
Согласно материалам дела первоначальный сбор информации проводился ЗАО "Маринекс - АйТиЭс", имеющим место нахождения в городе Москве, а выводы оформлялись одноименным ООО, расположенным в Санкт-Петербурге и получившим лицензию на сюрвейерское обслуживание 10.12.2003. Специализация указанных организаций в области технического оснащения, разработки документации по погрузке-выгрузке, балластировке и буксировке судов, позволяющая с объективностью установить технические аспекты произошедшей аварии, не подтверждена, в то время как ООО "СК "САПСКО" является сертифицированным РРР предприятием, выполняющим указанные функции, способным качественно оценить в том числе состояние судовых танков.
При указанных обстоятельствах вина страхователя в произошедшей аварии, приведшей к наступлению страхового случая, объективно не подтверждена.
Ответчик не доказал наличия в действиях (бездействии) истца грубой неосторожности, выразившейся в необеспечении мореходного состояния судна. Применение судом первой инстанции к спорным правоотношениям сторон з 33-б противоречит доказательствам по делу.
Согласно части 1 статьи 23 КТМ РФ судно СТ-1351 было допущено к плаванию, что подтверждается свидетельством от 29.07.2003 о годности к плаванию с дополнением, сопровождаемым свидетельствами о грузовой марке, по незагрязненности, на оборудование и снабжение, на радиооборудование, о пригодности судна для перевозки навалочных грузов, международным метрическим свидетельством от 18.06.2003, что соответствует пунктам 3, 5 - 9 части 1 статьи 25 КТМ РФ.
В порядке статьи 22 КТМ РФ в процессе и после дооборудования судна СТ-1351 в период с 20.06.2003 по 27.07.2003 осуществлялся надлежащий технический контроль, и пригодность судна к плаванию отражена в соответствующих актах. Согласно нотису готовности от 02.08.2003, судно самостоятельно прибыло на внешний рейд порта Мондома, откуда направилось в Санкт-Петербург без каких-либо препятствий со стороны портовых служб.
При указанных обстоятельствах вывод суда первой инстанции о немореходном состоянии судна не соответствует части 1 статьи 124 КТМ РФ и материалам дела.
Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает уклонение страховщика от исполнения обязанностей по выплате страхового возмещения в связи со страховым случаем, подпадающим под действие з 2 п. 1-а, не соответствующим нормам статей 310, 929 ч. 1 Гражданского кодекса РФ, статьям 246, 266 КТМ РФ, в связи с чем иск ООО "Нева-Хаген" подлежит удовлетворению как обоснованный по праву.
Исходя из рыночной стоимости работ по восстановлению теплохода СТ-1351, определенной ООО "СК "САПСКО" на 21.11.2003 в размере 646600 долларов США, сметы, составленной судовладельцем на основании проведенного тендера, согласно которой стоимость ремонтных работ - 599503 условные единицы, в результате аварии 09.08.2003 констатирована полная конструктивная гибель судна, что влечет применение з 29 п. 3.
Вместе с тем, рассчитав сумму страхового возмещения, в рублевом эквиваленте равную 11634360 руб. 00 коп., страхователь не исключил предусмотренную страховым полисом дополнительную франшизу по повреждениям машин, составляющих конструктивную часть затонувшего судна.
Довод ответчика об абандоне отклоняется арбитражным судом апелляционной инстанции как не заявлявшийся в суде первой инстанции и противоречащий диспозиции части 1 статьи 278 КТМ РФ, предусматривающей право, а не обязанность страхователя на подобное заявление. До судебного заседания арбитражного суда апелляционной инстанции в период после завершения аварийно-подъемных операций Ингосстрах о своих правах на застрахованный объект в соответствии с правилами з 29 п. 3 и желании его восстановить не заявлял.
С учетом изложенного взысканию подлежит 11488930 руб. 90 коп. страхового возмещения, что влияет на распределение расходов по уплате государственной пошлины.
Руководствуясь статьями 110, 269 п. 2, 270 ч. 1 п. 2, ч. 2 п. 2, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение арбитражного суда от 28.10.2004 отменить.
Взыскать с ОСАО "Ингосстрах" в пользу ООО "Нева-Хаген" 11488930 руб. 00 коп. страхового возмещения, 70044 руб. 65 коп. расходов по государственной пошлине, всего 11558974 руб. 65 коп.
В остальной части иска отказать.
В иске, заявленном к ООО "Юридическая фирма "Ремеди", отказать.
Возвратить истцу 35336 руб. 21 коп. государственной пошлины по апелляционной жалобе из федерального бюджета.
Постановление может быть обжаловано в Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа в течение двух месяцев.

Председательствующий
ЖЕЛТЯННИКОВ В.И.

Судьи
КОПЫЛОВА Л.С.
ГОРШЕЛЕВ В.В.

 

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 12 мая 2005 г. N 168-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА
ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ГРЮНВАЛЬДА МАРТА
НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ОТДЕЛЬНЫМИ
ПОЛОЖЕНИЯМИ СТАТЕЙ 283, 319 И 320 ТАМОЖЕННОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи Г.А. Жилина, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина М. Грюнвальда,

установил:

1. 26 ноября 2003 года у гражданина Эстонской Республики М. Грюнвальда во время его пребывания на территории Российской Федерации был угнан легковой автомобиль, ранее помещенный под специальный таможенный режим - временный ввоз товаров иностранным физическим лицом с полным условным освобождением от уплаты ввозной таможенной пошлины. Следственными органами города Санкт-Петербурга М. Грюнвальд был признан потерпевшим по уголовному делу, возбужденному по факту хищения у него транспортного средства, предварительное следствие по которому 5 февраля 2004 года было приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.
Кингисеппская таможня, отказав определением от 11 марта 2004 года в возбуждении в отношении М. Грюнвальда дела об административном правонарушении за невывоз в установленный срок с таможенной территории Российской Федерации ранее ввезенного транспортного средства, тем не менее 4 июня 2004 года приняла решение о взыскании с него ввозной таможенной пошлины и пени на общую сумму 626802 руб. 20 коп. Кингисеппский городской суд, куда М. Грюнвальд обжаловал решение таможенного органа, решением от 26 июля 2004 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 6 октября 2004 года, отказал в удовлетворении его жалобы.
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации М. Грюнвальд просит признать примененные в его деле положения пункта 6 статьи 283, абзаца третьего подпункта 1 пункта 2 статьи 319, пунктов 1 и 2 статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации не соответствующими статьям 19 (часть 1), 21 (часть 1), 35 (часть 1), 52, 55 (часть 3) и 57 Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они возлагают на декларанта обязанность уплаты таможенных платежей, несмотря на отсутствие возможности вывоза ранее временно ввезенного транспортного средства по причине его хищения.
2. В Российской Федерации признаются и защищаются равным образом все формы собственности, включая частную, а достоинство личности и права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются государством (статья 8, часть 2; статья 19, части 1 и 2; статья 21, часть 1; статья 35, часть 1; статья 52 Конституции Российской Федерации). В силу данных конституционных положений на государстве лежит обязанность предотвращать и пресекать в установленном порядке какие бы то ни было посягательства на личность, способные причинить ей вред, в том числе имущественный, принимать действенные меры к восстановлению прав потерпевших от преступлений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2003 года N 7-П по делу о проверке конституционности положения пункта 8 Постановления Государственной Думы "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов").
Как следует из представленных материалов, таможенный орган и суд при возложении на М. Грюнвальда обязанности по уплате таможенной пошлины и пени исходили из положения пункта 6 статьи 283 Таможенного кодекса Российской Федерации, согласно которому обратный вывоз временно ввезенных товаров, включая транспортные средства, может не осуществляться в случае, если они серьезно повреждены вследствие аварии или действия непреодолимой силы. Хищение транспортного средства, как не относящееся к таким обстоятельствам, по мнению таможенного органа и суда, в соответствии с приведенным положением в системной связи с положениями абзаца третьего подпункта 1 пункта 2 статьи 319, пунктов 1 и 2 статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации не освобождает декларанта от обязанности вывоза в установленный срок с таможенной территории Российской Федерации временно ввезенного транспортного средства, нарушение же установленного срока влечет обязанность уплаты ввозной пошлины вне зависимости от наличия вины.
Между тем хищение транспортного средства (в отличие от повреждения) вообще исключает возможность его вывоза с таможенной территории Российской Федерации, поскольку в такой ситуации транспортное средство у декларанта отсутствует фактически. При этом возложение обязанности по уплате таможенной пошлины и пени за отсутствующее транспортное средство, выбывшее из владения декларанта помимо его воли, приобретает вид имущественной ответственности за несоблюдение требований об обязательном вывозе временно ввезенных товаров (пункт 1 статьи 214 Таможенного кодекса Российской Федерации), возлагаемой на потерпевшего за сам факт совершения преступления в отношении его имущества, ставит его в неравное положение с другими участниками таможенных правоотношений, освобожденными от уплаты таможенной пошлины в связи с временным ввозом транспортного средства. По существу, истечение установленного для временного ввоза срока из-за отсутствия у потерпевшего возможности вывоза похищенного у него транспортного средства само по себе рассматривается как основание возложения такой ответственности. Согласно же правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 27 апреля 2001 года N 7-П по делу о проверке конституционности ряда положений Таможенного кодекса Российской Федерации, ответственность за таможенное правонарушение не может возлагаться без наличия вины, в какой бы форме она ни проявлялась.
Таким образом, с учетом приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, положение пункта 6 статьи 283 во взаимосвязи с положениями абзаца третьего подпункта 1 пункта 2 статьи 319, пунктов 1 и 2 статьи 320 Таможенного кодекса Российской Федерации не могут быть истолкованы как исключающие освобождение декларанта от обязанности по уплате таможенной пошлины в случае невывоза в установленный для временного ввоза на таможенную территорию Российской Федерации срок похищенного у него транспортного средства. Иное означало бы возложение финансовых обременений на потерпевшего при необеспечении государством защиты от посягательства на имущество добросовестного участника отношений, регулируемых таможенным законодательством, тем самым увеличивая имущественный вред, причиненный потерпевшему от преступления, и создало бы предпосылки для нарушения статей 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 35 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 3 части первой статьи 43, частью первой статьи 79 и статьей 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Признать жалобу гражданина Эстонской Республики Грюнвальда Марта не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного в ней вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления в связи с тем, что по поставленному заявителем вопросу Конституционным Судом Российской Федерации ранее были вынесены постановления, сохраняющие свою силу.
2. В случае обращения Грюнвальда Марта с ходатайством о пересмотре решения Кингисеппского городского суда от 26 июля 2004 года его ходатайство должно быть рассмотрено в установленном порядке с учетом выраженной в настоящем Определении правовой позиции.
3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
4. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН

Судья-секретарь
Конституционного Суда
Российской Федерации
Ю.М.ДАНИЛОВ